Дарья* сама обеспечивала себя и сына в Польше, пока летом её не сократили. Уже три месяца без работы, пособие «800+» больше не платят, отец ребенка не помогает. Нужно продержаться два месяца, пока найдется новая работа.
Добромире каждый день нужны минимум три ингаляции, Яниславу – тест-полоски, иглы и занятия со специалистами. Их мама в заключении в Беларуси, а отец, Ян Папкович, сам почти четыре года провел за решеткой и теперь один оплачивает лечение детей во Вроцлаве.
Женщина за помощь политзаключенным сама оказалась осуждена на большой срок и штраф. Она потеряла сначала мужа, потом сына. После потерь и тюрьмы ее здоровье совсем пошатнулось, а удержания на штраф из скромного заработка поставили ее на грань нищеты.
Дмитрия травили и избивали за то, что он гей, а потом против воли поместили в психбольницу. В июле он бежал в Польшу. Разрешение на работу у него уже есть, но выбраться из лагеря для беженцев без помощи он не может.
Алесь и Татьяна вместе 25 лет. Их задержали в один день, и больше четырёх лет они не видели друг друга, но так и не перестали любить. Сейчас семья наконец-то вместе в Варшаве и начинает жизнь с нуля.
Татьяна провела 301 день в СИЗО за передачи политзаключённым, а потом бежала из Беларуси, переплыв Нёман. В этом году у её сына нашли опухоль, и пока она оплачивала обследования, накопились долги.
Юрист, который «косил» от армии и работал воспитателем в детском саду, в 2022 году сам пришёл в посольство Украины проситься на фронт. Сейчас у разведгруппы Владислава сломались две машины, и до зимы их нужно починить.
Артур отсидел шесть лет за решёткой и уехал в Польшу, чтобы не получить новый срок. Пока он ждал документы, на подработке он сильно повредил руку. Сейчас ему нужна помощь на жильё и еду, пока он лечится и ждёт разрешения на работу.
Денис, в прошлом успешный каратист, отсидел четыре года в колонии по политическим причинам. После освобождения он попал в конвейер новых допросов, и чтобы снова не оказаться в тюрьме, уехал в Польшу. Сейчас он ожидает решение по международной защите и пока не может официально работать. Ему нужна помощь на аренду жилья и еду до получения статуса.