Минчанка Алёна аль-Бшени эмигрировала с двумя детьми во Францию, чтобы избежать преследования силовиков. Женщина борется за право остаться в стране и не быть депортированной в Беларусь и крайне нуждается в финансовой поддержке.
Меня зовут Алёна, я из Беларуси, но уже несколько лет пробую легализоваться во Франции с двумя детьми и нахожусь в затяжной правовой и финансовой неопределённости. В августе 2020 года я жила в Минске: у меня был маленький ребёнок, семья, обычная жизнь. Вечером 9 августа 2020 года я оказалась на станции метро «Каменная Горка». Мы с друзьями вышли посмотреть, что происходит в городе после выборов. Столько криков, сирен, напряжения и огромное количество людей, милиции. ОМОНа и море насилия. Я осталась ночевать у друзей, потому что добираться домой показалось мне смертельно опасным: силовики бросались на всех без разбора. В ту ночь, как и множество после, мне так и не удалось заснуть.
10 августа, возвращаясь домой на метро, я слышала, как люди кричали «Жыве Беларусь!» прямо в вагоне. Я тогда спросила подругу: «Ты тоже это слышишь, или мне кажется?» Уже тогда стало ясно, что прежней тишины больше не будет.
Я выходила на протесты в августе, в том числе на женские марши. Люди сигналили из машин, приносили цветы, благодарили друг друга и были счастливы! Но очень быстро ситуация стала ухудшаться. Появились новости о погибших, о массовых задержаниях, об избиениях. Я видела, как силовики ищут тех, кто выходил, ведь меня тоже наверняка и сфотографировали и сняли на видео. Становилось по-настоящему страшно.
Я – мама, у меня ребёнок, и я понимала, что в случае задержания защитить меня будет некому, поэтому старалась быть осторожной. Писала своё мнение в чатах обсуждала там происходящее с друзьями, но всё реже выходила на улицу. После того, как стало известно о задержании нескольких знакомых, с которыми мы вместе выходили на Марши протеста, мои родные и друзья, в том числе юристы, стали советовать мне уехать из Беларуси. Это было тяжёлое решение, но в 2021 году я покинула Беларусь.
Сначала уехала в Россию но быстро поняла, что и там небезопасно. Затем переехала во Францию. После окончания визы подала заявку на предоставление убежища. Процедура была долгой: интервью, ожидание, временные документы. Некоторое время у меня был статус ожидания, но в феврале 2023 года я получила отказ. Французские власти решили, что мне «ничего не угрожает» в Беларуси и что я могу вернуться. При этом мама рассказывала, что к ней в Беларуси приходили силовики, спрашивали, где я нахожусь, интересовались мной и ребёнком.
Летом 2024 года я повторно подала документы документы на получение статуса легального пребывания во Франции, это первый этап на пути к получению ВНЖ, но пока этого нет, ни мои дети ни я не можем рассчитывать на любую форму поддержки, по сути нам ничего не положено.
Оформление нового обращения, это всегда новое дело, новое досье и, к сожалению, новое длительное ожидание. Сейчас я жду решения, всё это время я не имею права работать официально. Учу язык, пытаюсь устроиться, но без документов меня не берут даже на простую работу.
За это время моя жизнь сильно изменилась. От болезни мой муж, который остался в Беларуси, умер в 2024 году. Я даже не смогла приехать на похороны. Сейчас я нахожусь в отношениях, но без официального брака. Во Франции у меня родился второй ребёнок, он ещё совсем маленький. Все заботы о детях лежат на мне, но без официального статуса я не получаю никаких пособий. Даже помощь, положенную ребёнку после смерти отца, я не могу оформить: для этого нужно постоянно проживать в Беларуси.
Сумма сбора
€2000
€1300 – аренда жилья на 2 месяца
€700 – еда и необходимые вещи для детей